Депутат Европейского Парламента Татьяна Жданок

Previous Entry Share Next Entry
Передача «Тема недели» на радио «ПИК-100FM»
tatjana_zdanoka
«Тема недели» выходит в эфир по пятницам в 18.10

Фрагменты передачи 29 сентября 2017 года. В студии руководитель бюро евродепутата Татьяны Жданок Мирослав Митрофанов и политический аналитик Юрий Петропавловский. Коротко на связь со студией из Барселоны вышла и Татьяна Аркадьевна, рассказавшая об атмосфере в городе накануне референдума.</b>

Мирослав Митрофанов. До выхода на связь с нами Татьяны Жданок, мой первый вопрос к Юрию: в русском сегменте интернета обсуждается, выгодна или невыгодна России независимая Каталония. Есть и различные конспирологические теории насчет того, какая держава организовала это голосование и имеют ли вообще большие державы отношение к проведению референдума.
Юрий Петропавловский. Полагаю, вероятность участия великих держав в этом референдуме исчезающе мала. Референдум имеет множество глубочайших исторических причин. Напомню, что Каталония, в частности, Барселона освободилась от мавританского владычества на 500 лет раньше, чем Кастилия. Напомню также, что борьба с франкизмом в огромной степени была борьбой регионов, в том числе Каталонии, борющейся за восстановление независимости, за восстановление автономии Каталонии, ликвидированной в1873 году. Центральное правительство Испании беспощадно подавило тогда это движение.
Мирослав Митрофанов. Юрий, мы прервемся – на связи Татьяна Жданок. Татьяна Аркадьевна, чувствуется ли в городе подготовка к референдуму?
Татьяна Жданок. Еще и как! Сегодня в 19 часов в центральной площади Барселоны выступят руководители Каталонии. Сегодня же на экранах телевизоров была интересная картинка: стоят люди, машут руками, а в руках – ключи: вот они, ключи от школ, мы откроем эти двери, и здесь будет избирательный участок. Хотя на администраторов школ здесь оказывают мощное давление. Три года назад, в 2014 году, явка в день проведения опроса была 14 процентов, в этом, предполагают, придут к урнам не менее 50 процентов избирателей. Равнодушных в Каталонии теперь осталось мало.
Мирослав Митрофанов. Успехов вам, Татьяна Аркадьевна, и будьте, пожалуйста, осторожны.
Татьяна Жданок. Спасибо, постараюсь.

Мирослав Митрофанов. В продолжение разговора о Каталонии: Юрий, как вы считаете, к какой тактике прибегнет центральное правительство Испании и официальные представители Евросоюза для того, чтобы пример Каталонии не стал заразительным и чтобы каким-то образом повлиять на голосование граждан Каталонии? Вы помните, в свое время в момент обострения ситуации с Шотландией людей всячески запугивали, чтобы не допустить выхода Шотландии из состава Великобритании.
Юрий Петропавловский. Тогда именно Мадрид угрожал, что, если Шотландия выйдет из состава Великобритании, она окажется вне Евросоюза. Это то же, чем сейчас пугают каталонцев. Есть еще одно очень важное соображение: ООН вчера обратилась к правительству Испании с призывом не нарушать базовые права, то есть не отключать интернет-сайты, не закрывать редакции. Два дня назад была попытка заткнуть рот всем, отключить каталонское радио, телевидение, ввести полную информационную блокаду. Но в результате испанское правительство только разозлило и противников, и сторонников отделения, люди хотят голосовать. Результаты предварительных опросов были разными, но испанское правительство утверждало, что 41 процент каталонцев за независимость, а 45 – против. Казалось бы, отлично – проведите референдум, сторонники независимости его проиграют, и вопрос закрыт на долгие-долгие времена. Однако действия испанского свидетельствуют о том, что результаты тех опросов по меньшей мере вызывают сомнения. Что касается недавней истории взаимоотношений Мадрида и Барселоны, напомню, что решающим рубежом оказался 2010 год. Тогда Верховный суд Испании отменил 17 статей закона об автономии. То есть каталонцы хотели всего-навсего федерализации страны по образцу России, или Германии, или Соединенных Штатов, а вместо этого их положение только ухудшилось - 17 статей были отменены, 27 статей пересмотрены в сторону уменьшения полномочий автономных областей. И самое главное: Мадрид нарушает Декларацию прав человека, обязательного документа для всех членов ООН, который гласит, что коренные народы имеют право самостоятельно определять свой политический, экономический и социальный статус. Испанский суд постановил, что к Испании эта статья не относится, потому что, цитирую, «каталонцы – это не народ, каталонский – не язык, а диалект испанского языка». Следовательно, Каталония не страна и быть страной не может. Вот тогда на улицы вышли миллион с лишним человек, под внезапно объявившимися красно-желтыми с голубым треугольником флагами. Это не флаги Каталонии, это флаги народного движения за независимость Каталонии.

Мирослав Митрофанов. Дождемся итогов референдума по независимости Каталонии, а тем временем обсудим тему выборов в крупнейшей стране Евросоюза – Германии, самой мощной страны ЕС, европейского локомотива, от которого зависит многое из того, что происходит в Европе. Выборы состоялись, и, что не было неожиданным, победителем стала партия, лидером которой является нынешний канцлер Германии госпожа Меркель. У нее будет возможность возглавить новое правительство, но его состав будет другим – выпали социал-демократы. Зато в правительство войдут наши партнеры по Европейскому парламенту - партии зеленых, в данном случае зеленых Германии. Это момент положительный, поскольку у наших партнеров по фракции будет больше возможностей для реализации их экологических приоритетов. Может быть, немецкие зеленые покажут путь, по которому будет развиваться новая энергетика, добьются отказа от различных вредных воздействий на окружающую среду... Это – по ходу дела, а как вы считаете, Юрий, почему Меркель победила с достаточно скромным результатом? Это плюс или минус?
Юрий Петропавловский. «Нам нужна другая Европа» – это наш слоган, наш девиз, который на своем баннере Европейский свободный альянс экспонирует уже на протяжении многих лет.
В принципе то, как победила госпожа Меркель, для ее партии плохой результат. Но хороший результат для новой, другой Европы – Европы народов, языков и культур, а не для Европы замшелой, давно отжившей Европы наднациональных корпораций, плюс особой наднациональной корпорации – брюссельской. Заканчивая разговор о Меркель, отмечу, что, составляя новую правящую коалицию, ей теперь придется точно выверять каждое свое действие, она сидит на краю «стула», – это очень неудобное, шаткое положение.
Что касается главы социал-демократов Германии господина Шульца, в пух и прах проигравшего на выборах, то он – патентованный еврократ, бывший бургомистр маленького городка с незаконченным даже средним образованием, словом, никто, ничто и звать его никак.
Мирослав Митрофанов. Но, я думаю, проигрыш его партии связан не столько с фактором его личности, сколько вообще с кризисом и даже закатом социал-демократии в Европе. Фактически это пережиток ХХ века; время социал-демократии закончилось.
Юрий Петропавловский. Провал соцдемов в Германии начался в 2001 году, когда у власти было социал-демократическое правительство. Если, скажем, взять так называемых консерваторов, то консерваторы привлекают избирателей лозунгами – каждый сам за себя, один Бог за всех, минимальная помощь от государства, и – вперед и с песней, мы победим. То есть в принципе они не дают никаких социальных посулов. Придя к власти, они делают, что обещали, – урезают налоги в пользу бизнеса, снижают социальные расходы, демонтируют построенное в ХХ веке социальное государство. Но ведь и социал-демократы у власти сегодня проталкивают точно такие же реформы, обещая, при этом… социальную справедливость. Как раз бесконечная лживость соцдемов привела их к катастрофе. Кроме того, что отметила вся пресса, выражений, которые позволял себе Шульц в отношении России, Меркель себе никогда не позволяла. Ее выбрали потому, что она более опытный, более предсказуемый игрок, от которого знаешь, чего ждать. В отличие, опять же, от Шульца.
Мирослав Митрофанов. В Германии в то же время появилась партия, к успеху которой было привлечено внимание – «Альтернатива для Германии». Многие россияне и русские люди, рассеянные по Германии, связывали с этой партией некоторые надежды и голосовали за нее. При этом в самой Германии ее называют крайне правой. Как вы считаете, изменит ли избрание кандидатов от этой партии политику Германии и в целом Евросоюза?
Юрий Петропавловский. Фактически это даже не звоночек, а удар колокола в адрес еврократии, истеблишмента Евросоюза. В мае Deutsche Welle, финансируемая из государственного бюджета, писала: ультраправые имеют шансы на успех, это неслыханно, это же неонацизм! А накануне выборов вышла статья экспертов, которые уже рассуждали о том, что неверно называть сторонников «Альтернативы» ультраправыми. Это консервативное, локальное, да, радикальное, но ничего ужасного не представляющее течение. Потому, что уже понятно было, что «Альтернатива» получит поддержку избирателей, и поливать грязью партию, называть неонацистами тех, за кого проголосовали больше 10 процентов избирателей, уже непозволительно.

Мирослав Митрофанов. Есть еще одна тема, бывшая на этой неделе в центре внимания прессы, – известие о том, что латвийская государственная система и экономика непривлекательны в большом мире. Опубликован новый индекс глобальной конкурентоспособности стран мира, который отражает условия для ведения бизнеса, привлечения инвестиций. Важно для нас, как Латвия конкурирует не с лидерами мировой экономики, а со странами, которые на нее похожи. По результатам прошедшего года в индексе конкурентоспособности Латвия «упала» с 49 места на 54-ое. В то же время Эстония с 30 места поднялась до 29-го, и по привлекательности для бизнеса находится среди ведущих стран мира. Юрий, как вы считаете, что не позволяет Латвии успешно конкурировать с эстонцами? Между прочим, в том же индексе Россия поднялась с 43-го на 35 место, несмотря на все войны санкций, запреты и обострение отношений с Западом.
Юрий Петропавловский. Да, причем наш президент господин Вейонис даже упомянул, как недопустимо считать Россию более конкурентоспособной, чем Латвия. Минусы, основные проколы Латвии связаны с налоговой политикой. Но она в России тоже не «на ура», и в той же Франции еще хуже, чем в России. Но дальше в комментариях к латвийскому рейтингу сказано: политическая нестабильность! Здесь мне остается разве только саркастически ухмыльнутся, потому что за все в жизни надо платить. Представляете, как нынче выглядит Латвия в зеркале мировой прессы?
Мирослав Митрофанов. Например, как страна, с которой начнется третья мировая война…
Юрий Петропавловский. … и которую завтра съест злобный Путин, на которую нацелены российские танки – и действительно, расстояние-то отсюда до России – рукой подать, и правительство которой, правящие партии, наши европейские депутаты от правящих партий постоянно дискредитируют Латвию в глазах мирового экономического сообщества рассуждениями о скорой российской агрессии. Простите, но только сумасшедший будет считать такую страну инвестиционно привлекательной. К тому же в ней такое количество неведомых миру Аliens…
Мирослав Митрофанов. Наши соседи из Эстонии отличаются похожим отношением к России, но в то же время в своей риторике они ведут себя куда как аккуратнее. Вот как много зависит от позиционирования государства.
Юрий Петропавловский. Беда в том, что у нас каждый из правящих думает исключительно о своем корытце, о том, куда и как переизбраться. Они вообще не думают и не видят цельной картины мира и роли страны в нём. Вот потому у нас мало инвестиций, массовая эмиграция, малообразованная рабочая сила и соответствующее место в мировом рейтинге.

?

Log in

No account? Create an account