Депутат Европейского Парламента Татьяна Жданок

Previous Entry Share Next Entry
Передача «Тема недели» на радио «ПИК-100FM»
tatjana_zdanoka
«Тема недели» выходит в эфир по пятницам в 18.10
6 октября 2017 года. В студии Татьяна Жданок, руководитель бюро евродепутата Мирослав Митрофанов и политический аналитик Юрий Петропавловский.

Мирослав Митрофанов. Мы хотели начать разговор с Европарламента, с его отношения к происшедшему в Каталонии, но сегодня в Риге произошло событие, которое для русскоязычных жителей республики, вероятно, важнее. Состоялась пресс-конференция, на которой Карлис Шадурскис, министр образования, заявил, что через три года все русские школы будут переведены на обучение только на латышском языке. Вопрос Юрию Петропавловскому: как вам кажется, произошли какие-то тектонические изменения в позиции наших правящих или это такое спонтанное помутнение рассудка, связанное с предстоящей предвыборной кампанией и соревнованием с Национальным объединением?
Юрий Петропавловский. Я абсолютно уверен, что концептуальных обоснований у этого решения нет. Дело скорее в том, что господин Шадурскис, представляя партию «Единство» с ее, мягко говоря, не блестящими перспективами на предстоящих в будущем году выборах, пытается перехватить инициативу. К тому же «Единство» удачно положили лицом в грязь союзники по правящей коалиции. Вы помните, что президент Латвии выступил с инициативой регистрации гражданами всех детей неграждан, рождающихся в Латвии, а Национальное объединение изнасиловало всю правящую коалицию, заставив ее отказаться от этой мизерной уступки негражданам. В этом контексте заявление Шадурскиса – элементарный перехват инициативы у штатных националистов, на фоне которых он хочет выглядеть… еще большим националистом! Хотя я бы посоветовал господину Шадурскису помнить о том, что личные его перспективы на будущее, равно как и инициативы о переводе чего бы то ни было и куда бы то ни было, очень и очень зависят от того, как проголосуют избиратели. Второй момент, несомненно, повлиявший на «состояние умов», – печальное положение с оценкой инвестиционной привлекательности Латвии по рейтингу Всемирного экономического форума. На рейтинг, несомненно, повлияли местные панические высказываниями типа «мы на грани войны, на грани оккупации». Любая напряженность, в том числе вызванная действиями властей против своих национальных меньшинств, сказывается на инвестиционных позициях государства.
Мирослав Митрофанов. Да, но это удар со стороны Шадурскиса неприятный, нарушающий своего рода перемирие, установившиеся в государстве 13 лет назад. И я хочу напомнить радиослушателям, что уже в начале сентября прошла первая встреча активистов Штаба защиты русских школ и русскоязычной общественности, на которой было принято решение активизировать деятельность.

Мирослав Митрофанов. Перейдем к следующей теме, тоже достаточно конфликтной, вызывающей споры по всей территории Европейского Союза – о независимости Каталонии. На прошедшей неделе Татьяна Жданок была в Барселоне во время референдума по вопросу о независимости, затем события в Каталонии обсуждались в Европарламенте. Татьяна Аркадьевна, что говорят депутаты Европарламента, что говорят сами каталонцы насчет перспективы развития конфликта?
Татьяна Жданок. Существуют разные точки зрения, но уже понятно, что каталонцы не остановятся в своем стремлении к независимости, тем более после случившихся безобразий. Но встает вопрос тактики. Сейчас Барселона в ожидании следующих действий Мадрида. Каталонцы придерживаются правил ненасильственного сопротивления. Однако за неделю до 1 октября со стороны Мадрида шло мощное давление, целый ряд акций устрашения, запугивания, принуждения. Назначались штрафы членам избирательных комиссий, причем колоссальные – до 12 тысяч евро, развернулось давление на директоров школ, в которых размещались избирательные участки, вызывали в прокуратуру мэров городов, включая мэра Барселоны.
С другой стороны, тон сопротивления задавала Республиканская левая партия Каталонии, а это наши союзники по Европарламенту, – партия, последовательная в своей программе, с давней и славной историей. А СМИ обошла картинка, на которой директора и учителя школ держали в руках ключи, демонстрируя тем самым, что избирательные участки будут таки открыты в школах. Родители и учителя накануне референдума не уходили из школ под предлогом того, что проводится какой-то концерт, и действительно устраивали какие-то представления с музыкальным сопровождением. В общем, Гражданской гвардии, послушной Мадриду, пришлось силой врываться в школы, силой вытаскивать людей с избирательных участков. Я же стала свидетелем удивительного подъема и мобилизации людей. Русским Латвии бы такую сплоченность! Благодаря ей удалось организовать голосование. В воскресенье 1 октября правительство Каталонии сообщило, что каталонцам удалось открыть 73 процента избирательных участков. Правда, с утра не было интернет-соединения для проверки избирателей по электронной базе, голоса записывали ручкой на бумаге. Попытки провести голосование по СМС тоже не дали результата — сервис отключили. В итоге при голосовании принимали даже бюллетени, распечатанные дома.
Мирослав Митрофанов. Напомним результаты голосования в Каталонии.
Татьяна Жданок. В референдуме участвовали 42 процента избирателей. По спискам избирателей должно было быть примерно 5 миллионов, но часть из них вообще находились неизвестно где. Из пришедших на выборы проголосовали за независимость порядка 90 процентов избирателей.
Мирослав Митрофанов. Скажите, вам самой не было страшно, когда полиция подступала к участку, на котором вы находились, и могла начаться самая натуральная схватка?
Татьяна Жданок. Честно говоря, страшно не было. Может быть, это свойство моего характера. А может, так на меня действовал царивший вокруг подъем.
Юрий Петропавловский. Думаю, что явка на референдуме в Каталонии была невысокой потому, что провели операцию по демобилизации избирателей. Это стандартный ход. Попутно много говорили и о том, есть ли юридические основания для проведения референдума. Но юриспруденция всегда и всюду обслуживала власть. Есть властная воля – будет нужный результат, и юристы всегда найдут обоснования для позиции «за» или «против».
Татьяна Жданок. Между прочим, Юрий, в Бельгии, в Люксембурге совершенно иная концепция выборов. Там для избирателя обязательно участие в выборах, неучастие наказывается громадным штрафом.

Мирослав Митрофанов.Перейдем к вопросу о выходе Великобритании из Европейского Союза. На этой неделе Европарламент обсуждал ход переговоров. Говорят, что позиция Великобритании начала смещаться, и уже появляются голоса в пользу длительного переходного периода, на всем протяжении которого якобы будут действовать нынешние условия пребывания Великобритании в составе ЕС, все кроме бюджетных отношений. Что, Татьяна Аркадьевна, происходит на переговорах по брекзиту? В частности, как решается проблема со статусом граждан Евросоюза, проживающих в Великобритании?
Татьяна Жданок. По официальным данным в Англии находятся как минимум три миллиона 200 тысяч граждан других стран Евросоюза. В свою очередь, порядка 200 тысяч граждан Великобритании проживают в странах ЕС. Великобритания предлагает заставить наших людей получать виды на жительство, то есть стать обычными субъектами иммиграционного закона. Этого ни в коем случае не хочет допустить другая сторона переговоров – Евросоюз. Данной теме была посвящена новая резолюция Европарламента, которую мы обсуждали в среду. Причем уникальный случай - под резолюцией подписались и левые, и социалисты, и наши зеленые, и либералы, и народники. Не присоединилась группа консерваторов, в которой есть и представители нашего Национального объединения, настаивающие на том, что начинать надо не с решения о правах граждан, а с экономических вопросов.
Мирослав Митрофанов. У наших людей, живущих сейчас в Великобритании, уже начались проблемы. Например, им стали отказывать в предоставлении ипотечных кредитов, в заключении долгосрочных трудовых договоров. Практически они оказываются в подвешенном состоянии.
Татьяна Жданок. Похоже, переходный период продлится дольше, чем полномочия делегатов нынешнего Европарламента. Но скажу еще об одной части резолюции, которая, думаю, заинтересует латвийцев. Речь идет о границе между Ирландией и Северной Ирландией, которая является частью Великобритании. Сейчас границы между ними нет, но что будет с этой границей, когда Великобритания выйдет из Евросоюза? Для Ирландии эта граница становится внешней границей Европейского Союза. В свое время совместное членство Ирландии и Великобритании в ЕС помогло положить конец напряженным отношениям между католической и протестантской общинами Северной Ирландии. Если восстановленная граница вновь отделит католическое меньшинство Северной Ирландии от Республики Ирландия, то не исключено возникновение еще одной горячей точки в Европе.
Мирослав Митрофанов. Это пример того, как распад Евросоюза влияет на размораживание старых конфликтов.
Юрий Петропавловский. Замечу, что парламент Великобритании полностью зависит от поддержки северо-ирландцев. Но те настаивают, что граница должна быть совершенно прозрачной. Если нет, Северная Ирландия отказывает в поддержке Великобритании, и правительство Англии просто уходит в отставку.

Мирослав Митрофанов. На прошедшей неделе в Риге состоялась дискуссия по так называемой «проблеме 2020 года». Напомним, что с 2020 года Латвия будет получать меньше финансовой поддержки со стороны Евросоюза. На дискуссии, состоявшейся в бюджетной комиссии Сейма, назывались разные цифры, в том числе оптимистическая – до 13 процентов сокращения. Однако даже озвученные 13 процентов сократят на 60 миллионов денежные поступления в латвийский бюджет. Татьяна Аркадьевна, можно ли, сидя в Риге, сделать точный прогноз относительно изменения финансовой политики Евросоюза?
Татьяна Жданок. Думаю, что наши правящие партии просто успокаивают избирателей. На самом деле в отношении европейских фондов грядут изменения не только арифметические, но по содержанию. Будет иной подход к содержанию проектов, претендующих на финансирование из Евросоюза. Но самое главное – преобладающая часть финансирования будет предоставляться не в форме субсидий, а виде кредитов, которые Латвия должна будет со временем возвращать.
Мирослав Митрофанов. Еще на дискуссии в Сейме прозвучала успокаивающая информация о том, что, дескать, недостающие деньги будут компенсированы за счет налоговой реформы, утвержденной в этом году. Юрий, на ваш взгляд, насколько эта реформа сможет заткнуть брешь от сокращения европейской помощи?
Юрий Петропавловский. Есть два пути улучшения благосостояния страны. Это либо рост числа работоспособного населения, чего у нас нет и быть не может, либо повышение производительности труда, рост добавочной стоимости, как в Сингапуре, который при очень небольшом населении занимает одну из лидирующих позиций в мировой экономике. Но для этого надо иметь, как в Сингапуре, высокотехнологичное производство. Наша экономика, базирующаяся на сервисном обслуживании падающего западного транзита и на экспорте продукции деревообрабатывающей отрасли, не может обеспечить высокой добавочной стоимости. Кроме того обращает на себя внимание одно логическое несоответствие: недавно еврокомиссар Валдис Домбровскис заявил: он надеется, что сокращение поступлений в бюджет из-за введения налоговой реформы в Латвии можно компенсировать за счет роста поступлений денег… европейских фондов. Получается тришкин кафтан – то ли европейскими деньгами латать дыру от налоговой реформы, то ли при помощи этой реформы компенсировать уменьшение европейского финансирования.
Татьяна Жданок. Ну да, уже были предложения по борьбе с неполной занятостью. Планировали заставить фирмы платить налоги за частично занятых лиц в размере едва ли даже не большем, чем зарплаты, рассчитывая, что тем самым увеличится поступление налогов в казну. Оказалось, что поступления в бюджет стали меньше.
Мирослав Митрофанов. Через год следующее правительство наверняка будет перекладывать вину на нынешнее, дескать, оно натворило дел, и поэтому не хватает денег для наполнения бюджета. Фактически же из налоговых реформ этого года наиболее прогрессивной оказалось освобождение предприятий от налога на прибыль в случае ее реинвестирования. Об этом говорили многие годы, но чиновники все никак не находили возможность осуществить перемены. Хотя в Эстонии это давно работает, и экономическая ситуация там лучше.

?

Log in

No account? Create an account