?

Log in

No account? Create an account

Депутат Европейского Парламента Татьяна Жданок

Previous Entry Share Next Entry
Программа Латвийского радио 4 - Открытый вопрос. Эфир от 06.02.2018
tatjana_zdanoka
Запись программы вы можете прослушать здесь.

Рига, 5 февраля2018 года, Латвийское радио 4.
В гостях у «Открытого вопроса» депутат Европейского парламента Татьяна Жданок.
Ведущий программы Константин Казаков
- Какие возможности Европарламента Вы использовали в интересах русскоязычных Европы и что надеетесь сделать в условиях парламентской изоляции в Латвии? Что было самым важным в вашей работе как депутата Европарламента?
- Решение тех вопросов, которые можно было решить непосредственно там. В Евросоюзе очень сложная иерархия законодателей разного уровня. Очень многие вопросы, особенно больные для русских, – образование, язык, гражданство – все это в компетенции государства. Латвия как раз решает именно эти вопросы. А со стороны Брюсселя могут звучать только рекомендации. И это труднее всего поддается изменению. Поэтому основные усилия надо прикладывать здесь. Это одна из причин, почему я сейчас хочу работать в Латвии.
Но по многим вопросам имеется компетенция Евросоюза. Из таких вопросов в первую очередь я решила проблему свободного передвижения неграждан. Нельзя сказать – по всему Евросоюзу, потому что отдельно стоят два островных государства, Великобритания и Ирландия. Но все остальные государства Евросоюза плюс четыре государства –Норвегия, Швейцария, Исландия, Лихтенштейн – в этом списке.
- Каковы отличия между первым созывом, в котором Вы работали, и вторым, учитывая, что второй созыв совпал с событиями на Украине, в Крыму, а впоследствии и в Сирии?
- Очень сильное отличие. В начале первого моего созыва, в 2004 году, к Евросоюзу присоединились десять стран. Из них восемь – это страны Восточной Европы, плюс Кипр и Мальта. Была эйфория как у представителей старой Европы, так и у тех, кто вошел в Евросоюз. Это был не мой случай, но общее настроение подъема царило. Одна из испанских газет тогда даже написала, что в Европарламенте есть несколько «экзотических личностей», как, например, русский депутат из Латвии Татьяна Жданок. Витала идея объединенной Европы, по выражению де Голля – от Лиссабона до Урала. Такие страны, как три наши балтийские, и дальше Белоруссия, Молдова, Украина, три закавказские республики – это такая балтийско-черноморско-каспийская дуга, которую мы хотели видеть в качестве связующего звена между самым большим государством Европы по территории и населению – Россией – и остальной частью Европы. Тогда речь шла о новом соглашении  сотрудничества между Европейским Союзом и Россией. Но через четыре года ситуация сильно изменилась. Был взят курс на использование этой дуги не как моста, а как пропасти между Евросоюзом и Россией.
- Кем был взят этот курс?
- Очевидно, что есть определенные группы влиятельных людей. Некоторые из них об этом открыто пишут. Тот же Бжезинский. Именно он дал название этой балтийско-черноморско-каспийской дуге. Исполнителями этого проекта были конкретные чиновники, была даже введена должность специального еврокомиссара по иностранным делам. Первым таким комиссаром стала британка Кэтрин Эштон, сейчас это итальянка Федерика Могерини. Тогда же была придумана программа Восточного партнерства.
- Стали ли этому причиной события в Осетии и Грузии?
- Господин Саакашвили приезжал тогда в Европарламент. Очень агрессивный человек, совершенно не терпящий никаких возражений. Он с пафосом говорил о суверенитете, о праве наций на самоопределение. И когда я задала ему вопрос – относит ли он это право к осетинам – реакция была просто непередаваемая. Несдержанность, злость. Когда в 1991 году Советский Союз распался на 15 государств, внутренние границы в одночасье стали внешними, и никто никого не спрашивал, кто где хочет жить, как объединить семьи, как решить имущественные проблемы, трудовые и прочие. Сейчас в связи с Брекзитом достигнуты договоренности о переходном периоде. С тем, чтобы сохранить какой-то экономический статус. Мы настаиваем также на том, чтобы сохранить статус наших латвийских людей, которые живут и работают в Великобритании. Тут очень много параллелей с СССР. Вместо права на проживание людям хотят предложить вид на жительство. А это сильное понижение статуса. Вид на жительство предполагает его аннулирование по разным причинам. То же самое было и в Латвии, когда создали неграждан, а это треть населения. Из них 160 тысяч были так называемыми «круглопечатниками», то есть людьми вне правового поля. И тогда мы создали Комитет по правам человека и помогли им, решили эту проблему.
Так вот, три республики распавшегося СССР объявили себя не отделившимися республиками, а восстановленными довоенными государствами. Во многих из остальных 12 республик были автономные регионы, интересы которых вообще никто не учитывал. В них тогда прошли референдумы. Фактически все на настоящий момент «горячие точки» –Приднестровье, Крым, Нагорный Карабах, Южная Осетия, Абхазия – все эти регионы в 1991 году провели референдумы, пытаясь сказать, что они сами хотят решать свою судьбу: либо свою принадлежность к тому или иному государству, либо полный суверенитет.
- Как изменилась ваша работа в Европарламенте после того, как все это произошло?
- Конечно, совершенно другое настроение, отношение. Традиционные для европейской политики уважение различных мнений, формирование собственного мнения без оглядки на кого-либо, – все это стало пропадать. Четко был обозначен уход от «старой» демократии, свободы слова, свободы мнений. Политики ведь зависят от своего электората. Но получилось, что четвертая власть, то есть СМИ, оказалась во многих случаях не четвертой, а первой. Пошла пропаганда через СМИ одной единственно верной точки зрения. От первой поданной формулы того или иного события уже зависит политик, он уже не имеет противоположного взгляда, своего мнения. Ему уже задано направление. При этом видимость плюрализма создается: по прошествии событий в газетах публикуются какие-то более объективные материалы. Но время уже ушло. И мало кто из политиков осмеливается идти по собственному пути, не оглядываясь на этот штамп.
- Вы довольно подробно рассказываете о событиях в России. В какой мере российские события влияет на вашу работу европейского депутата?
- Глобальная повестка дня, конечно, влияет. Я считаю, что россияне преувеличивают влияние США, и склонна думать, что точек влияния много. Сейчас начинается тот этап, когда Соединенные Штаты не могут быть единственным начальником для всего человечества. Но они никак не хотят от этого своего статуса отказаться. А есть другие растущие экономики, другие молодые тигры: БРИКС, например, - Бразилия, Россия, Индия, Китай и Южная Африка.
- Когда вы сложите свои полномочия как депутат Европарламента?
- 5 марта. Надо еще очень много дел завершить, другие передать Мирославу Митрофанову.
- Вместе с Андреем Мамыкиным и Яной Тоом Вы подали петицию о расширении полномочий неграждан, их праве участвовать в муниципальных выборах. Кто еще ваши союзники в этом проекте?
- Проект не новый. Он приобрел новое качество благодаря тому, что появился депутат от Эстонии Яна Тоом. Она работает в группе либералов, которые как раз и могут стать той гирькой на весах, чтобы получить большинство поддерживающих это наше обращение. Первое обращение такого рода я подготовила уже во время первого своего созыва в Европарламенте. Тогда была поддержка половины депутатов для обсуждения этого вопроса. Дебаты в Европарламенте состоялись в 2009 году. Но группа либералов «соскочила» в последний момент: они, под воздействием своих эстонских членов, отказались присоединиться к резолюции по итогам дебатов.
Вторая попытка была предпринята во втором созыве, но там уже с либералами вообще не было смысла разговаривать, там опять были очень агрессивные эстонские депутаты. Был также Иварс Годманис, он тоже не любил затрагивать эту тему, при том, что это его заслуга как премьера – создание неграждан  (хотя все лидеры НФЛ обещали нулевой вариант).
В третий созыв появилась Яна Тоом. Но, к сожалению, уже внутри либералов происходит битва, и Яне Тоом приходится трудно, потому что там есть и другой депутат от Эстонии, есть дежурная русофобская группа активистов.
- Когда же неграждане получат право голоса?
- Еще раз повторю, со стороны Европарламента это может быть только рекомендация. Вопрос о негражданах должен решаться в Латвии. Проблема гражданства целиком во власти страны. Это последнее, что остается у государств – членов ЕС. Они отдали 80 процентов своей независимости в Европу, но оставили главные атрибуты: флаг, гимн, гражданство, язык, образование и, к сожалению, еще социальная сфера. По всем этим вопросам Европарламент может только давать рекомендации.
- Вы добились для неграждан безвизового режима передвижения по странам Евросоюза. Но этим одновременно, и в этом вас упрекают оппоненты, приостановили процесс натурализации неграждан. Иными словами, выстрелили себе в ногу, сократив количество ваших потенциальных избирателей.
- Да, это правда. Для любого политика в один прекрасный момент возникает альтернатива: ты можешь помочь людям, но при этом стреляешь себе в ногу. Поэтому я и говорю, что я не политик, а скорее правозащитник. Поэтому мы занимались проблемами нелегалов, создавая Комитет по правам человека. Кстати, в декабре мы отметили 25 лет Комитету. Та же ситуация – с правами неграждан. Я уже не говорю решении смежных вопросов при принятии целого ряда соглашений, связанных с проблемами передвижения. Например, возможность негражданам, наряду с гражданами, обращаться в консульство другого государства Евросоюза, если латвийского нет, а человек находится за границей и там что-то происходит.
- И все-таки вы – политик. Как поживает Европейский Русский альянс?
- Европейский Русский альянс собирается ежегодно в разных странах. Есть еще Молодежный альянс. Это достаточно активные люди. Практически у нас есть представители всех стран Европейского Союза. Членство индивидуальное. Мы работаем. Главная наша инициатива, а сейчас она вообще единственная с участием России в Европейском парламенте, – это Европейский Русский форум. Участников в зависимости от тематики Форума приглашаем и из России, и из сопредельных государств – Украины, Молдовы, Кавказа. Приезжают и несколько участников из США. Например, дважды участником Форума был Рей Макговерн, создавший организацию «Ветераны разведки – за здравый смысл» и вручивший их знак отличия Эдварду Сноудену.
- Большая полемика по поводу ваших поездок. Вы упомянули, что ездили в Цхинвал, Вы были наблюдателем на референдуме в Крыму, Вы ездили в Сирию. Вас за эти поездки сильно критикуют. Вы сознательно идете вразрез с официальным курсом Евросоюза, участвуя в таких поездках?
- Нет официального курса Евросоюза.
- Но есть директива Европейского Совета, осуждающая, например, режим в Сирии.
- Да, есть такой документ Европейского Совета. Есть еще резолюции Европарламента. И когда мы находимся в составе официальной делегации Евросоюза, то мы должны действовать в соответствии с резолюциями Европарламента. Я сейчас являюсь заместителем председателя делегации по связям с парламентами стран Центральной Азии. Последняя моя поездка была в Таджикистан. Встречаясь с представителями страны, мы, соответственно, выступаем, высказываемся в рамках этих резолюций, за их границы не выходим. Но поездки в Крым, в Южную Осетию, в Сирию – это индивидуальные поездки депутата. И такие поездки тоже предусмотрены. Любой депутат имеет даже бюджет для таких поездок. Дорога и в Сирию, и в Крым, и в Осетию была оплачена из бюджета Европарламента. Но в случае, когда поездки политически чувствительные, я еще заполняю специальную декларацию. То есть я пишу, в какой степени может возникнуть конфликт интересов. На месте я сама оплачиваю гостиницу, питание, чтобы не было никакой зависимости от принимающей стороны.
- Вы объявили протест по поводу реформы образования. Считаете ли вы протест единственной действенной мерой?
- Это единственная возможная мера! Если мы себя уважаем, то мы должны протестовать. Для меня было шоком заявление руководства «Согласия», что они протестовать не будут. Более того, были применены санкции к отдельным депутатам, осмелившимся участвовать в нашем первом митинге 23 октября. Мне кажется, разумом это не понять. Ведь основной принцип, на котором стоит Европейский Союз, – это уважение различий, это уважение меньшинств. Расширение Евросоюза принесло новое качество понятию меньшинств – этнических, языковых, религиозных. Потому что в Восточной Европе гораздо больше, чем в Западной, анклавов, традиционных мест проживания людей, которые оказались меньшинством. И вдруг заявить, что мы не будем сопротивляться насильственной ассимиляции, – это является преступлением. Да, это нарушение тех обязательств, которые Латвия на себя взяла.
- Как с вашей точки зрения должен выглядеть этот протест?
- Протесты разные. Сам текст законопроекта, являющегося объектом нашего протеста, станет официальным только в четверг, когда Сейм будет его принимать к рассмотрению. До этого был другой кричащий и возмутительный документ, который, к сожалению, те же депутаты «Согласия» не опротестовали в Конституционном суде. Это подзаконный акт, правила, согласно которым уже в этом году выпускные экзамены в средней школе будут возможны только на государственном языке. Независимо от языка, на котором преподавался предмет. Это всегда проблема для преподавателя и для учеников. И вдруг насильно навязанный в этом году экзамен на одном языке. И даже это не опротестовано в Конституционном суде. Закон поступит в Сейм в четверг, 8 февраля. Штаб готовит большую протестную акцию в 8.30, с начала работы Сейма.
- Уличные протесты?
- Да, это уличные протесты. Второе – обращение депутатов в Конституционный суд. Это гораздо проще, чем простым людям добиться обращения в Конституционный суд. Если наша партия будет представлена в Сейме, мы будем продолжать это делать, следуя традициям фракции ЗаПЧЕЛ. Вопросы и запросы министрам – это тоже возможности, которые дает парламентская трибуна. Есть еще европейская трибуна. Моя фракция «зеленых» 29 января направила открытое письмо для передачи его латвийским властям через посла Латвии в Европейском Союзе. В письме высказано предложение передать этот закон на экспертизу в Венецианскую комиссию. Украинский закон такую экспертизу прошел, был раскритикован. А подать запрос в Венецианскую комиссию может только само государство. И это демократический шаг. Инструментов много, мы все их будем использовать.
-19 лет вы лишены возможности и права участвовать в выборах парламента. Вы это не оспаривали.
- Как это не оспаривала? Оспаривала в Европейском суде по правам человека. Было два решения, которые уже вошли даже в учебники. Дело в том, что Европейский суд в 2006 году сказал, что эта норма должна быть в максимально короткие сроки пересмотрена Латвийским парламентом. А Латвийский парламент этого не сделал.
- Русский Союз Латвии будет участвовать в выборах. Все говорят, что вы будете находиться с Русским Союзом в условиях политической изоляции, не будете допущены к принятию решений на уровне правящей коалиции. Как вам эта перспектива?
- Константин, политическая изоляция и не нахождение в правящей коалиции – это разные вещи. Нет никакой политической изоляции. Если Латвия хочет быть демократическим государством, она должна привыкать к тому, что есть люди с другими мнениями, с другими подходами, оценками. Конфронтация может быть. Но важно, чтобы все это происходило в рамках закона. Мой принцип – открытость, прозрачность, следование закону. Но при этом опротестование тех законов, которые я считаю несправедливыми. На этом я стояла и буду стоять.