?

Log in

No account? Create an account

Депутат Европейского Парламента Татьяна Жданок

Social capital

  • less than 10

Rating position

Name:
Татьяна Жданок (Tatjana Ždanoka)
Location:
External Services:
ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ ВОПРОСОВ ТАТЬЯНЕ ЖДАНОК
Визитная карточка
Татьяна Жданок родилась 8 мая 1950 года в Риге. В 1972 году закончила физико-математический факультет Латвийского Государственного университета, продолжила образование в аспирантуре ЛГУ и в университете Монпелье во Франции. Ученая степень – доктор математики. В 1972-1990 годах работала преподавателем математики в ЛГУ. В 1990-1993 году – депутат Верховного Совета ЛР. 1993-1997 годы – консультант фракции “Равноправие” в Сейме. В 1997-1999 годах депутат Рижской думы. С 1998 года – руководитель проектов Латвийского комитета по правам человека. С 2001 года – лидер партии «Равноправие», сопредседатель объединения ЗаПЧЕЛ.

ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ ВОПРОСОВ ТАТЬЯНЕ ЖДАНОК

1. Как бы Вы, Татьяна Аркадьевна, одним словом могли бы определить главное качество лидера в политике?

Одним словом? Сложная задача... Лидер должен быть всегда готов принять решение и за него ответить. Ну а если оставлять одно слово, то слово это – ответственость.

2. Сейчас Вы кандидат в депутаты Европарламента. Не получится ли так, что в после 12 июня, после Вашего избрания, вы уедете в Брюсель, получите «хорошее кресло», то есть – статус, зарплату, и изчезнете из латвийской политики?

Никуда я не уеду. Половину месяца буду работать в Европейском парламенте, вторую – в Латвии. Обязательно сохранятся мои пятничные приемы посетителей в Латвийском комитете по правам человека, будет время встречаться с коллективами латвийских предприятий, школ, университетов. Я этого желаю, да и с формальной точки зрения депутат Европарламента обязан не терять контакта со своими избирателями.

Что касается зарплаты, то она у латвийского депутата Европарламента такая же, как зарплата депутата Сейма. Плюс оплата бесконечных перелетов, переездов и гостиниц. То есть при значительном «обороте» есть и соответствующие расходы.

3. Не секрет, что многие наши соотечественники негативно относятся к Европейскому Союзу, а некоторые из протеста собираются игнорировать выборы 12 июня. Что бы Вы им хотели сказать?

Мы тоже не в восторге от Евросоюза. И протестовать наша партия начала в далеком 1995 году. Теперь, когда уже все состоялось, глупо замыкаться в себе и становиться в позу обиженного. Надо стараться выжать из сложной ситуации максимум положительного. Да, во имя Евросоюза была разрушена экономика страны. Но теперь Евросоюз должен дать средства на ее восстановление. И важно, чтобы эти средства не растащили брюссельские и латвийские чиновники. Обеспечение честных условий освоения европейской помощи – одно из объяснений, почему нужны наши представители в Европарламенте.

Тем, кто отказывается избирать, напомню, что выбор за них сделают другие. И чужой выбор может оказаться очень неприятным.

4. В чем вообще смысл Европарламента? Зачем он нужен для Латвии, для рядового латвийца?

Европарламент утверждает федеральный бюджет Европейского Союза. От слушаний и голосований в Европарламенте зависит, какую часть своих доходов мы будем отдавать в «общий котел», а какую часть общего бюджета получать оттуда. Постепенно Европарламент берет на себе все новые функции – в том числе принятие социальных и гумманитарных «законов» Евросоюза. От Европарламента будет зависеть сельскохозяйственная реформа ЕС, дальнейшее расширение Союза, сотрудничество с Россией.

5. Сейчас все партии наперебой обязуются в Брюсселе «защищать Латвию». Вы тоже?

Мне очень не нравится это обобщение: защищать Латвию, любить Латвию. Что такое Латвия? Правительство, флаг и законы? Нет, официальную Латвию пусть защищают многочисленные «патриоты». В моем понимании Латвия - это прежде всего люди, а государство – оно вторично. Люди же, как известно, бывают очень разные. Я как депутат буду защищать интересы своих избирателей. Поскольку объединение ЗаПЧЕЛ в первую очередь выражает интересы национальных меньшинств, в том числе неграждан, эти люди имеют большее моральное право требовать от запчеловских депутатов помощи в решении их проблем. Но никому из жителей Латвии не будет отказано в понимании и участии.

6. ЗаПЧЕЛ участвует в создании русской партии Европейского Союза. Понятно, почему на выборах в Европарламент русские поддерживают ЗаПЧЕЛ. А есть ли смысл за “пчел” голосовать латышам?

Я абсолютно уверена, что в Латвии латышам будет спокойно и комфортно жить только в том случае, если спокойно и комфортно будут жить нелатыши. Кроме того, ЗаПЧЕЛ – прогнозируемая сила. Все, что мы обещали, – мы делали. Сейчас мы обещаем, что и брюссельской бюрократии не дадим забыть об интересах избирателей. Значит, так и будет.

7. Не помешает ли Вам в Европарламенте многолетняя привычка работать в оппозиции?

Наоборот! Работа в оппозиции формирует особые навыки: смотреть на вещи без розовых очков, стараться побеждать не числом, а умением. Уверена, что в Европарламенте именно эти навыки лучше всего пригодятся. Депутаты от Латвии там окажутся в соотношении 9 к 735. Это значит, что в любой фракции, независимо от ее величины, латвийцев будет ничтожно мало. Использовать мандат на благо своих избирателей смогут только те из них, кто научился достигать своих целей, будучи в абсолютном меньшинстве.

8. Но в Латвии правозащитную оппозицию власти постоянно игнорировали...

Да, у наших оппонентов частенько не хватало политической культуры... И все же многого удавалось добиться. В Верховном Совете наша фракция «Равноправие» смогла-таки убедить умеренных депутатов Народного фронта, а также премьера не принимать закон, по которому неграждане дополнительно ко всем унижениям должны были бы испрашивать еще и вид на жительство. Представляете, какое репрессивное оружие было выбито из рук чиновников ДГИ! В том же Верховном Совете при принятии закона о денационализации удалось убедить депутатов позиции проголосовать за 7 лет переходного периода - жильцы денационализированных квартир на тот момент получили гарантии от выселения.

Да и в Рижской думе кое-что удавалось. Например, разорвать договор о передаче в аренду гольф-клубу парка Победы. В результате сейчас рижане могут свободно гулять по всей территории парка вокруг Монумента воинам-освободителям. Или расследовать махинации в комиссии по приватизации жилья. Будучи членом комитета по городской собственности, я подробно изучила документы, связанные с приватизацией, нашла там целый ряд нарушений, говорила о них постоянно на заседаниях комитета и думы. Отмахнуться от этого пытались, но не смогли. Через полгода после того, как меня лишили депутатского мандата, председателя этой комиссии все же сняли с должности.

9. Европейский суд уже восстановил Ваше право участвовать в выборах?

По непонятным причинам решение не объявляется. Но все догадываются, каким оно будет. Могу предположить, что европейские институции не заинтересованы перед самыми выборами в очередной раз напоминать властям Латвии и ее консервативным избирателям о том, что права должны быть у любого человека вне зависимости от его национальности и политических взглядов. Кстати, лучшие юристы Латвии это тоже отлично знают – именно они настояли, чтобы в законе о выборах Европарламента уже не было бы политических ограничений. Так, спустя одиннадцать лет, я получила шанс вернуться в парламент. Хотя пока не в латвийский. Очищение всех законов страны от позорных политических запретов – это дело ближайшего года.

10. Объединение ЗаПЧЕЛ добилось успехов на выборах в 1998, в 2001 и 2002 году. Затем начались странные события. Год назад Партия народного согласия вышла из ЗаПЧЕЛ. Вслед за Юркансом объединение покинула Соцпартия. Разговоры о происшедшем продолжаются по сей день. В чем, на ваш взгляд, причина случившегося?

К сожалению, наше общество слишком терпимо к предательству и к предателям. В странах с давними традициями выход политика из партии означает его политическую смерть в глазах избирателей. У нас же смена убеждений часто трактуется как мудрость, и наоборот – верность данному слову карается по закону. Вдумайтесь только: политические репрессии начала 90-х коснулись именно тех политиков, которые в момент испытаний поступили порядочно и не вышли из теряющей власть Компартии!

Что касается Юрканса... Янис оказался жертвой этой извращенной морали. Он был уверен, что избиратели проглотят выход его партии из нашего объединения в обмен на обещания приблизиться к власти. Но сейчас не начало 90-х – такая дешевка не прошла, большинство наших избирателей восприняло его шаг как сдачу позиций. В этом самоубийственном поступке был и личный фактор. Юрканс – единственный из трех сопредседателей ЗаПЧЕЛ, кто не был ограничен в политических правах. Он имел все должности: депутат, руководитель фракции, председатель парламентской группы по связям с Россией. Научиться видеть в тех коллегах, которые лишены и прав и должностей, равноценных партнеров, Юркансу оказалось не под силу.

С Алфредом Рубиксом иная ситуация. Я убеждена, что его решение о выходе из ЗаПЧЕЛ было принято под внешним давлением. Надеюсь, со временем эта некрасивая история с «выкручиванием рук» будет предана гласности.

11. Вы говорите с сожалением о предавших ЗаПЧЕЛ партнерах, в то же время объединения сохранилось. Что такое ЗаПЧЕЛ сегодня?

Нынешний ЗаПЧЕЛ - это партия “Равноправие” и те политики из ПНС и Соцпартии, кто привык держать данное избирателям слово. Избиратели это оценили: по рейтингу ЗаПЧЕЛ устойчиво находится в числе лидирующих партий Латвии, а покинувшие нас ПНС и Соцпартия – в числе тех, кто не преодолевает 5-процентного барьера.

Такая ситуация не нова. В 1998 году, накануне создания ЗаПЧЕЛ, только у “Равноправия” был рейтинг, превышающий 5%. Это не было случайностью. В свое время Латвийский комитет по правам человека, в значительной части состоящий из членов “Равноправия”, взвалил на себя постоянную заботу по оказанию правовой помощи десяткам тысяч жителей страны. При этом мы занимались еще и аналитической работой, готовили доклады, выступали с международных трибун. И одновременно проводили массовые акции, организовывали сборы подписей.

12. ЗаПЧЕЛ и Штаб защиты русских школ. Связь очевидна. Как она возникла? Зачем школьные забастовки?

В определенный момент стало ясно, что лишь парламентским путем русские школы не спасти. Ответом на вызов истории стал Штаб защиты русских школ. Это народное движение вывело на улицы – в массовые манифестации, на забастовки - десятки тысяч наших соотечественников. Но из ничего ничего не образуется. Год назад ЗаПЧЕЛ принял решение мобилизовать все свои ресурсы – и человеческие, и организационные, - для обеспечения работы Штаба.

Результат уже есть. Школьные забастовки привели к тому, что проблема стала обсуждаться среди латышей. Они задумались: «А чего, собственно, мы хотим от русских, какова цель? Что лучше - построение насильственным путем мононационального государства либо двухобщинная Латвия с перспективой движения общин навстречу друг другу?» Я думаю, что разум победит, и латыши поймут, что первый путь, возкикший в воспаленном воображении их горе-стратегов, ведет их в пропасть.

Да и русские школьники, участвовавшие в акциях, изменились. Это «найденное поколение» - будущие хозяева страны, для которых понятия «достоинство» и «права человека» отныне имеют конкретный характер.

13. О перспективах евродепутатства. Стоит ли ехать в Страсбург и бороться в Европарламенте за русские школы, за права неграждан и так далее? Какой в этом смысл, если Запад уже свыше 10 лет закрывает глаза на то, что происходит в Латвии, и даже покрывает происходящее?

Запад закрывает глаза на происходящее в Латвии так, как закрывают глаза на шалости ребенка: “Подрастет - образумится». Причем этот ребенок постоянно напоминает, что он - существо больное и обиженное. Создатели «экспортного образа» Латвии стремятся вызвать на Западе сострадание, и им это часто удается. Депортации 40-х годов подаются как геноцид исключительно в отношении латышей, хотя высылались представители разных этнических групп. Слово «оккупация» они повторяют столь часто, чтобы никто не задумался, что юридический его смысл никак не соответствует реальному содержанию всего 50-летнего послевоенного периода.
Но и на Западе отношение к Латвии понемногу меняется. Если в 1995 году Комитет по правам человека ООН принял для Латвии очень осторожные рекомендации, то уже в 2003-м - жесткие и конкретные. К тому же был дан годичный срок для того, чтобы Латвия отчиталась об их выполнении по четырем позициям: натурализация, статус неграждан, государственная языковая политика, закон об образовании.

Такой подход уже дал конкретные плоды: когда законодатели вознамерились лишить неграждан их статуса в случае приобретения постоянного вида на жительство в каком-либо государстве, президент вернула закон назад в Сейм. Так что отношение Запада к Латвии уже перешло в стадию подхода к ней как к подростку, которому пора осознавать, что он делает. Думаю, что 1 мая этого года становится рубежом, после которого Латвию начнут воспринимать уже как вполне взрослую даму, которая должна выполнять в полной мере все свои общественные обязательства.

14. Вы в политике уже 15 лет, за это время некоторые ваши бывшие коллеги успели либо сделать карьеру в других странах, либо разбогатеть здесь, на месте. Вы же, несмотря на все попытки ваших противников вытеснить вас из политики, остаетесь в этой неблагодарной сфере деятельности. С чем связана такая настойчивость?

Видимо, с определенными чертами характера. Я упрямый человек. И пока не добьюсь своего, от цели не отступаюсь. Пока мы не добьемся равноправия – а именно это слово написано в названии нашей партии – я буду бороться. Заниматься же личным обогащением мне неинтересно. Я много уже раз убеждалась, что богатство человека измеряется тем, что ты умеешь и сколько ты смог отдать другим людям. «Делая добро, да не унываем; ибо в свое время пожнем, если не ослабеем», - сказано в Библии. Ну а если не совсем серьезно, то вот какое наблюдение. Рядом с нашим скромным домиком в Гарциемсе, в бывшем дачном кооперативе Академии наук, где работал мой отец, выросли роскошные коттеджи «новых академиков». Когда я на них смотрю, единственная мысль: сколько же уборки все это требует!

15. Ваша политическая карьера началась в Интерфронте. Не жалеете об этом?
Нет, не жалею. Слово «интернационализм» полностью соответствует современному понятию прав человека, недискриминации, борьбе с расизмом.
Конечно, приходится считаться с тем, что это слово многие обманутые пропагандой люди используют как ругательное. Летом мимо нашей дачи пробегают дети, орущие моей маме-старушке „Interfronte”. Но тогда, осенью 1988 года, появление Интерфронта не воспринималось как шаг к конфронтации. Думалось, что в мирных дискуссиях можно нащупать верный путь. Мне казалось, что появление Интерфронта может выправить перекос, четко обозначившийся на съезде НФЛ. Помню, больше всего меня поразило в первой программе Народного фронта требование обязательного 75-процентного представительства латышей в избранных органах власти. Как это совместить с демократией?! Мое выступление на первом съезде Интерфронта, которое транслировалось по телевидению в прямом эфире, и сейчас вполне актуально. Но одна маленькая неточность в него закралась. Указывая, что некоторые специальности в вузах Латвии можно освоить только на латышском языке, я, в частности, упомянула историко-философский факультет ЛГУ. Вот тут-то ко мне и придрались. Потому что на этом факультете одна маленькая группа студентов обучалась на русском языке. Эту мелочь использовали для того, чтобы обвинить меня в "искажении фактов и разжигании межнациональной розни". На партийном собрании экономического факультета мне был объявлен выговор с занесением в учетную карточку. Партком университета, секретарем которого был господин Эндзиньш (ныне председатель Конституционного суда), увердил это решение. А подтвердило этот выговор бюро Кировского райкома партии во главе с Маритой Рукмане. Членом бюро был Ришард Лобановский, позднее - национально настроенный депутат Сейма, один из тех, кто расколол ЛСДРП.

16. Вас ограничили в правах за “деятельность в Компартии Латвии”. Вы действительно были большим начальником в советские времена?

К номенклатуре на принадледжала. Была рядовым коммунистом, но имела поручение - собирала партийные взносы и переводила их на счет Кировского райкома, которым руководил тогда Анатолий Горбунов. Иностранным журналистам я поясняю эту ситуацию так: в советское время я учила студентов математике, а Горбунов учил меня коммунизму. Потом он стал либералом и министром, а я – единственным в Латвии «доказанным коммунистом». Только в отношении меня одной есть судебное решение, констатирующее мою деятельность в Компартии после 13 января 1991 года. И заключалась она в членстве в ревизионной комиссии КПЛ, куда меня как депутата избрали в качестве “свадебного генерала”. Кстати, иск прокуратуры с требованием установить факт моей «деятельности в компартии» появился только осенью 1998 года, хотя закон, предусматривающий ограничения, действовал уже с 1995 года. Преследовать меня стали после того, как в Рижской думе я начала дотошно разбираться с незаконной приватизацией.

17. За последине 13 лет Вам приходилось не только работать в парламенте или Рижской думе, но и, к примеру, организовывать съемки многосреийного художественно-публицистического фильма. Зачем?

Мне неоднократно приходилось осваивать новые профессии, хотя диплом имею только по одной – математик. Став депутатом, я изучила, и неплохо, латвийское законодательство и международное право. Работая в Латвийском комитете по правам человека, мне пришлось стать еще и телевизионным продюсером. Все заявки, которые пытался подать Латвийский комитет по правам человека на финансирование нашего основного вида деятельности – на бесплатную юридическую помощь, - отклонялись. Но однажды, в 1996 году, после моего выступления на рабочей группе ООН (я, кстати, говорила там о проекте нового Закона об образовании), ко мне подошел руководитель программы Совета Европы “Меры построения доверия” и предложил создать телевизионную программу по теме доверия между большинством и меньшинством в Латвии. Вместе со специалистами-телевизионщиками мы провели мозговой штурм, придумали и осуществили проект. Так на канале “TV-Rīga” появилась 48-серийная телевизионная передача “Mēs-Мы”, в которой участвовали актеры, эксперты, простые рижане. Потом мы делали цикл телевизионных и радиопередач “Saprast” по обучению латышскому языку. Когда искала преподавателя для телепередачи “Saprast”, пришла к выводу, и пока меня никто не переубедил, что нет хороших методик обучения латышскому языку. В первую очередь для тех, кто уже имеет навыки и хочет их совершенствовать. Нынешние учебники скорее можно назвать хрестоматиями: там одни тексты и диалоги. Изложение правил грамматики можно найти только в старых книгах довоенных или советских времен. В конце концов преподавателя я нашла – в Даугавпилсе. Он пользовался большим успехом у зрителей. Это был мой коллега-математик Ромуальд Мацулевич, который сам разработал определенную схему объяснения сложных грамматических форм.

Наши усилия по созданию всех этих передач - лучший ответ тем, кто обвиняет нас в разжигании страстей и в том, что мы ничего не делаем для общественной интеграции. А если бы те же самые передачи повторить на других латвийских каналах! В то же время все наши заявки в латвийские фонды с целью получения финансирования на интеграционные программы были отклонены.

18. Ваш прогноз: лучше ли будет жить Латвия через пять лет? И лучше ли станет житься политику Татьяне Жданок?

Я не люблю заниматья прогнозами. Тем более в условиях, когда «процесс пошел» изначально неверно. Если бы власти поступили так, как мы предлагали – начали бы в первую очередь с экономических реформ, причем не шоковых, а по китайскому образцу и на территории бывшего СЭВ, то мы бы имели прекрасные результаты. Вместо этого была выбрана реформа политическая, к тому же основанная на идее реванша. Это была даже не реформа, а революция, поскольку осуществлялась под лозунгом «разрушения старого мира». Нас заставили войти в ту реку, в которую, как утверждал древнегреческий философ Гераклит, второй раз войти нельзя, - в Латвийскую Республику образца 1940 года. И разделили нас на граждан и неграждан, а также на тех, кто получил назад довоенную собственность, и на тех, кто оказался нанимателем квартиры в денационализированном доме.

Следующий революционный этап пришелся на 1995 год, когда Латвия приобрела статус ассоциированного члена ЕС. В результате были разрушены промышленность и сельское хозяйство. Сейчас дороги назад уже нет, а вперед приходится идти через ухабы, получая синяки и ссадины. Путь этот, лежащий через полноправное членство Латвии в Евросоюзе, теперь уже единственно возможный. Но он чрезвычайно тяжелый. Чтобы создать новую экономику после десятилетия воровства и бесхозяйственности, потребуется значительное время и честная власть. Лучше жить, наверное, станут наши внуки. И наиболее талантливые представители поколения наших детей. Лучше ли станет жить Татьяне Жданок? Для меня лучше – это иметь больше возможностей делать любимую работу. И эта возможность у меня будет.

Несмотря на все преграды, я живу полноценной жизнью и получаю удовлетворение от того, что делаю. Причем благодаря тому, что паралельно с занятием политикой или написанием докладов о соответствии латвийских законов международным стандартам я помогаю конкретным людям. Это всегда было моим правилом. В бытность математиком я паралельно с занятием абстрактной наукой учила студентов. Сейчас как минимум 5 тысяч человек знают меня лично как своего университетского преподавателя. И еще 5 тысяч – уже как человека, к которому они пришли за юридической помощью.

19. Рига и Латгалия находятся сегодня словно в разных странах: в Риге – живут, в Латгалии –выживают. Так ли уж важны для жителей этого региона проблемы, о которых говорит ЗаПЧЕЛ: школы, гражданство, придание официального статуса русскому языку? Ведь многих больше всего волнует, будет ли завтра крыша нал головой, и будет ли чем под этой крышей поужинать…

Один французский государственный деятель и экономист сказал: «Дайте мне хорошую политику, и я дам вам хорошие финансы». Я абсолютно уверена, что и Латгалия не вырвется из экономической и социальной пропасти до тех пор, пока не будут решены политические и гуманитарные проблемы. Людей униженных и оскорбленных в политической области – лишенных достоинства, гражданства, права на обучение на родном языке, людей, которым навязывают натовские радары и ненависть к истории собственного народа, легко обворовывать и обделять в экономической области. Только люди, отстоявшие свои права, становятнся народом и могут защищать и свои экономические интересы. В случае Латгалии – это право на справедливые инвестиции, на дополнительное финансирование программ занятости и развития инфраструктуры с учетом особых неблагоприятных природных и демографических условий региона.

20. Как Вы осваивали языки? Ведь помимо английского Вы владеете французским и немецким...

Владею этими языками свободно, но не в совершенстве. Если бы в 1982 году я оказалась в англоязычной стране (а подавала я заявку на научную работу в США), то, наверное, у меня был бы сейчас совершенный английский. Но мне сказали, что женщин за океан не пускают, и предложили поискать место для стажировки в Европе. И я поехала во Францию. В городе Монпелье я была практически единственной русскоязычной. Одним английским обойтись было невозможно, и мне пришлось на месте изучать французский. Как минимум час в день занималась по самоучителю. В магазины ходила с маленьким словариком. По ошибке, помнится, купила вместо шампуня какой-то крем, который не знала, как потом смыть. Но через два месяца я уже начала говорить. А через год пришлось даже ассистировать группе преподавателей, приехавших из Москвы после углубленного изучения французского языка. Говорили они лучше меня, но ничего не понимали из того, что им говорят французы. Несколько раз я принималась также за изучение немецкого языка, чуть-чуть изучала финский. Теперь стараюсь перевести свой немецкий в активную фазу. Конечно, я свободно говорю и пишу по-латышски. Но родной и любимый язык – русский. Это часть капитала нашего народа, с которым мы пришли в Европейский Союз.

21. Чем вы занимаетесь в свободное от политической и правозащитной деятельности время? И, кстати, есть ли оно у вас?

Мой принцип прост: отдых - это перемена деятельности. Я человек подвижный и не лишенный хозяйственных склонностей. Люблю заниматься рукоделием, возиться у плиты. К сожалению, на это остается все меньше времени. А вот на спорт все-таки удается его выкроить. Мой спорт - горные лыжи, волейбол, плавание, велосипед. В последние годы редко получалось вырваться в горы. К счастью, прошедшая зима была снежная, и по выходным я каталась в Сигулде.

22. Горные лыжи – довольно рискованный вид спорта. Почему вам нужно спускаться с гор?

Большой соблазн ответить словами классиков: “Какой русский не любит быстрой езды!” или «Лучше гор могут быть только горы»! С детства увлекалась лыжами. Тогда снега было гораздо больше, и беговые лыжи были очень популярны. Почти каждые выходные проводила на лыжах в каком-нибудь лесу в Риге вместе с отцом или с друзьями. На межшкольных соревнованиях по беговым лыжам я неожиданно для себя выполнила норматив, и мне был присвоен спортивный разряд. Но осталась память о том, что на беговых лыжах с гор скатываться неудобно, что после этого лыжи иногда ломаются пополам. Серьезно горными лыжами я занялась после поездки на школу-семинар по теории вероятностей в Бакуриани. Дело в том, что основатель современной теории вероятностей, знаменитый русский математик Андрей Николаевич Колмогоров был заядлым лыжником. Именно он придумал проводить зимнюю школу-семинар в Бакуриани. Она была устроена так: все семинары начинались после трех часов и продолжались до позднего вечера. А с утра все катались на лыжах. Среди учеников Колмогорова, профессоров Московского университета, один был мастером спорта по горным лыжам, еще двое – перворазрядниками. Мне и другим молодым аспирантам ничего не оставалось, кроме как с утра выбираться на гору и учиться с нее спускаться. А поскольку я уже пыталась это делать в Сигулде, то прогрессировала довольно быстро, и вскоре уже каталась в компании профессоров-перворазрядников. Благодаря лыжам я люблю зиму, люблю горы. А может быть, и наоборот?

23. Как вы относитесь к угрозам, с требованиям расправиться со Жданок, выслать из Латвии, лишить всех прав…

Стараюсь улыбнуться и пошутить. Выработала уже такую стандартную фразу на латышском: ну зачем же Вы, уважаемая (как правило, злость выливают пожилые дамы), так волнуетесь, ведь это вредно для Вашего здоровья! Иногда приходится дискутировать со злыми людьми в телевизионных передачах. К примеру, канал TV-5 любит приглашать меня на прямой эфир в паре либо с господином Добелисом, либо с господином Табунсом. Занятно наблюдать, как их раздражает спокойствие оппонента.

24. Кто вы по происхождению – еврейка или русская?

В Латвии по статистике четверть семей – смешанные, и мои родители входят в их число. Моя русская мама настояла на том, чтобы дочку окрестить, и мой отец-еврей (к тому же коммунист) с легкостью согласился. На нападки антисемитов я отшучиваюсь, что госдепартамент США в своем официальном отчете назвал меня «экстремистской русской шовинисткой». А вообще я ненавижу любой шовинизм - русский, еврейский, латышский и прочий. И при этом очень люблю две свои Родины: русский язык и город Ригу.

25. Есть ли у Вас свой личный лозунг?
Их несколько. Но, пожалуй, самый главный такой: “Не бывает безвыходных ситуаций – есть интересные задачи!”

Social capital

  • less than 10

Rating position

Statistics